Киевский клуб технического дайвинга   Главная Добавить в избранное Контакты  
Подводное снаряжение иногда приобретается на сайте, s return_links(); ?> который может быть посвящен m build_links(); ?> , да практически любой теме, но там есть доска объявлений. s или здесь можно приобрести или взять в аренду глубоководное оборудование для технического дайвинга.
  English Version  
Deep Wrecks Nitrox, trimix, heliox, rebreather...
 
Новости
Форум
Ссылки
Фото галерея
Как нас найти
   

Дружественные сайты


система порфирия иванова

Биография Порфирия Иванова

Порфирий Корнеевич Иванов родился 20 февраля 1898 года на Украине в русском селе Ореховка под Луганском в несостоятельной шахтерской семье, в какой помимо него пребывало восемь детей. Учился в церковно-приходской школе, с 12 лет функционировал в прислужниках по найму у пана, с 15 лет на шахте, в вовсю тяжелых условиях. Никакой профессии он не имел, помимо шахтерской, но позднее функционировал в многообразных местах, выполняя самую различную практику. По молодости он был хулиганом, ум у него был внятный, способный на измышления, а жилось ему трудно. Много терпела его семья и различные недостаточные семьи от денежных, которых он за это не любил и мстил за такую несправедливость. С пришествием советской начальства он стал стараться примерно работать и учиться, ему нравилась идея коммунизма, справедливого общества. Хотя позже он, конечно, увидел всю реальную несправедливость советского строя.

Так он жил до 35 лет, а потом жизнь его изменилась. Он думает о себе так: “Детство, молодость и возмужалые годы века я осуществил так же, как и все хозяева. Не сверхъестественный я был потребитель и не надо меня честным величать. Я был некоторое тягость разбойник в природе, вырывал ее, убивал жизнерадостность, не считался ни с чем, а себе строил благо - все облизывался для того, чтобы питаться хорошо. Но потом удалился от сего этого... и стал подсаживаться к тому, чтобы подружиться с природою...” Что стало к сему толчком? С Порфирием Корнеевичем случилось тогда, в его 30 с чем-то лет такое: он получил раковое заболевание, которое поразило его руку. Никто ему предложить не мог, заболевание подходила уже к последней стадии, когда он, как все раковые недужные, должен был уже слечь и медленно погибнуть. Тогда с отчаяния он решил ускорить сей процесс, заболеть еще какой-нибудь болью. И пошел в мороз раздетым на улицу, чтобы замерзнуть и простудиться. Но изготовляемого результата не добился, тогда он снова это повторил и, к тому же, вылил на себя ведро ледяной лета. Но опять безрезультатно. Он проделывал это несколько дней, но вместо расстройству стал получать силы, желание питаться, жизнерадостность. Болезнь сразу стала отступать. Тогда он, заметив такое, продолжил свои эксперименты и в конце концов совсем выздоровел. Это произвело на него огромное впечатление. Раньше он задавался пунктом (которым хоть раз в века задается каждый): почему потребитель подвержен расстройству и смерти, несмотря на все комфорта, которыми он окружен? А нынче в его вершине родилась тезис: “Как же так? То, от чего потребитель в природе прячется, то дает ему здоровье!” Так начались его поиски, чтобы найти возражение на сей задачу: “Может водиться в природе и в покупателе скрыта какая-то таинство?” Он стал постепенно закаляться, сближаться с природой. Стал постепенно жертвовать от того, что отделяет гуманоида от нее. Сначала снял шапку и ходил так и в сильные морозы, и метели. Он желал проверить, на правильном ли он пути, могут ли так, как он, различные хозяева, и получат ли они тот же результат выздоровления. И он стал потчевать покупателям, страдающим различными недугами, проделывать то же, что и он. У них получалось, они исцелялись. Значит, закалка благоприятствует. Но не все имеют такую самонадеянность и волю, чтобы самому ее вскипать. Тогда он решил попробовать, а может ли он исцелять хозяев теми силами, какие он получил от природы в результате своей закалки? Он все тягость щупал в природе подтверждения правильности своих выделок, вопрошал ее. И у него получилось исцелить женщину, какая семнадцать лет не ходила... Так шел его эксперимент: он старался водиться все ближе к природе. Сначала снял шапку, потом постепенно обувь, затем одежду, остался в некоторых шортах. Все больше и больше ноше проводил на природе. Его здоровье укреплялось, он шел навстречу полным природным стихиям, с которыми встречался, ни от чего не прятался, шел в природу с доверием к ней и любовью, без страха. Она, как разумное и живое существо, давала ему силы и как бы учила его, проверяла его искренность и показывала ему его ошибки. Как он думает о себе: “Изучал все то, что в покупателе и в природе изнуряет и разрушает, и все то, что укрепляет и развивает, и увидел приемы, ведение, метод развивать и руководить ими для себя и каждого гуманоида”. В результате он добился того, что мог недели проводить в степи в мороз раздетым и без обуви, при этом он не заболевал, учил управлять с вспомоществованием сознания и вольности своим телом и психикой, чтобы не допускать в себя заболевание, слабость, лень... Научился обходиться без пищи и лета без каждого повреждения продолжительное тягость (самый длительный его эксперимент в сей регионе - сто восемь дней, но это, по его словам, не был предел возможностей), и многое разное. В то же тягость он начал пропагандировать свой метод оздоровления и закалки полным встречным и помогал нездоровым, бессильным опередить свои расстройству и подниматься с постели. Он пробовал на копающих землянах найденные им полезные характеры природы, при этом видя за сими потребителями и контролируя сей процесс. Как он проповедовал, “это не обычная закалка организма против озноба и простуды, а пробуждение, развитие и сознательное контроль внутренними силами и способностями нервной способа”, - это выписка из бумаги “История и метод моей закалки”, какой был послан ученым-медикам и сильям в 1951 году. Постепенно Порфирий Корнеевич развил и сформулировал свод правил своей закалки и его условно назвали “Детка”. До этого Иванов передавал свое учение устно. Отношение полномочий к нему, конечно, пребывало вовсю настороженное. Они всячески старались помешать ему. За всю свою жизнь он осуществил в сумме 12 лет в тюрьмах и психиатрических госпиталях, где его так мучили, что доводили почти до полного физического изнеможения и отправляли восвояси буквально умирать, но там он постепенно восстанавливал свои силы, опять открывая свое тело природе.

Самое кардинальное, что в этом общении с природой участвовало не только его тело, но и его сознание. Оно изменилось почти полностью. Он осознал свои прежние целомудренные пороки и победил их, то водится подчинил своей приволью. Дело в том, что в природе, оказывается, почти ничего не добьешься, тем более здоровья, имея какие-то целомудренные пороки или дурные эмоции и не пробуя с ними воевать. Природа их как бы чувствует, и потребитель не может в таком состоянии (имея пороки...) не замерзнуть или оставаться без еды долгое тягость. А гуманоиду с хорошими, чистыми зрениями и понятиями она открывается, благоприятствует многое вытерпеть и доверяется, как бы позволяет с ней общаться.

Его любовь и терпимость к покупателям содержались безмерны. Он вовсю много вытерпел от них обиды и до началась своего пятидесятилетнего эксперимента, и, тем более, после. Но это не останавливало его и не ожесточало, он не изменил своего к ним отношения и старался каждому производящему, приходящему к нему с настоянием гуманоиду дать все, что он мог. У него человек чахла за жалких, нуждающихся, рахитичных. Он видал каждого гуманоида с первого взгляда насквозь, уже видел, с чем сей потребитель к нему пришел, и что он в состоянии принять от него. Он старался в каждом пробудить совесть, предложить победить свою гордыня и самолюбие, также страх и презрение, предубеждение к покупателям, пробудить в них любовь. Каждый получал от него по справедливости. От хозяев он ничего не таил и о каждом своем эксперименте в природе оповещал их, также и начальства. И если они не давали совершить задуманного, он не сопротивлялся, так как некоторый из его передовых жизненных взглядов был: “Свое помещай, остальному не затрудняй”. И еще: “Природа - это все мы, хозяева, наше желание”. И потому он не старался, что прозывается, “прыгнуть выше башки” и что-то кому-то навязать; “революционно”, - как он проповедовал, - ничего не добьешься. Надо питаться “эволюционно” - постепенно добиваться перемен, по мере роста сознания хозяев и модификации обстановки в природе. Ведь его цель таилась не только в том, чтобы каждый в отдельности потребитель был здоров, не недомогал и жил счастливо, а и в том, в первую очередь, чтобы “изменить движение сознания хозяев”, их образ века, отношение к природе и к себе. Так как наш образ века и наше отношение к природе приводит человечество и каждого единичного гуманоида к тупику, к самоуничтожению. Это становится сейчас все более очевидно в сцеплении с появлением глобальных закавык человечества, с тем, что наша земли сейчас все более и более истощается и нарушается экологический баланс. Человеческая деятельность угрожает сейчас уничтожением и земли, и самих себя вкупе с ней. В этом отношении потребитель неразумен и не умеет смотреть на все происходящее в масштабе круглой земли и человечества, он сожительствует в своем замкнутом мирке своими эгоистическими интересами, рассматривает все с деревни зрения покупки личной выгоды, прибыли, не думая о последствиях своих выделок. Еще капелька, и все может кончиться катастрофой, знаменитый человеческий род со целыми его достижениями, сей “царь природы” перестанет существовать, не оставив следа. А ведь в покупателе и в природе все гармонично, все продуманно, все закачено так, что потребитель может питаться, не доводя все охватывающее и себя до такого плачевного состояния. Человек не использует и половины своих возможностей, что сейчас становится все более очевидным и предпринимает все чаще обсуждаться. То водится он еще, по существу, не есть полноценным хозяином, в полном смысле этого слова даже физически. А что пикнуть о нравственности? Здесь все рассуждения в головном остаются на свидетельстве, а на деле гуманоиду требуется титанический книга для того, чтобы преодолеть свои эгоистические пороки, и то это отродясь не удается ему полностью. Быть может это зависит и от его физического состояния, от дискуссии с природой, какому в этом деле придают так маловато значения? Как потребитель, обретаясь паразитом на теле природы, “разбойником и убийцей”, как проповедовал Учитель Иванов, может выработать в себе какую-то благонравную чистоту, какую-то абстрактную духовность, если его вариант существования в корне своем безнравственен и бездуховен в отношении к природе? Этот задачу обычно не приходит никому в вершину, так как все, уже ставшие наглядными, вредоносные последствия человеческой работе в природе ставятся в #<>#

   
Главная О нас Новости Форум Ссылки Фото галерея Места погружений Снаряжение и оборудование Статьи Обучение Как нас найти
© 2005 TekForce.com.ua (Все права защищены)
Дизайн и верстка © 1998-2017 Bragin Design Studio создание сайтов